Нещодавно НАБУ і САП представили результати діяльності за півріччя як історію успіху: резонансні викриття, десятки справ і мільярди гривень "економічного ефекту". Та чи дає обраний формат змогу оцінити їхню реальну роботу? Спробуємо розібратися.
В Україні система публічних закупівель стала формальною оболонкою: держава не бачить повного обсягу витрат, а переважна більшість процедур, які називають конкурентними, не є такими по суті. При цьому офіційна статистика радше маскує наявні проблеми, ніж дає основу для їх усунення, що є прямим викликом євроінтеграції.
Наприкінці 2026 року міжнародну правничу спільноту очікує подія, значення якої важко переоцінити. Вперше за багато років орган, який є єдиним механізмом правового захисту особи від зловживань каналами Інтерполу, оновлюватиметься одночасно й у повному складі.
Ліквідація банку не означає, що всі його борги погашаються виключно за встановленою законом черговістю. Деякі витрати, без яких неможливі управління активами, їх збереження чи реалізація, можуть оплачуватися поза нею. Але де проходить межа між звичайною кредиторською вимогою і витратою, необхідною для ліквідації, та чим контрагент має довести право на пріоритетну оплату? 
Судова система залишається недофінансованою, працює з відчутним кадровим дефіцитом і має невирішені соціальні питання. Водночас надходження від судового збору перевищилиплан, а серед майбутніх пріоритетів з’являються рішення з використанням штучного інтелекту28 июня 2021 года мы отмечаем 25-летие принятия Конституции. Нацбанк уже выпустил юбилейную монету по этому поводу, а в Верховной Раде для всех желающих проходят праздничные экскурсии. Будет торжественное заседание очередного парламента. Чем же сегодня является Конституция? Как случилось, что в якобы правовом государстве правильность решений Конституционного Суда перепроверяют правоохранители?
Конституционный оксюморон
Одним из ярких событий смены власти в 2014 году стало изменение редакции Конституции, реализованное за 8 минут без соблюдения каких-либо формальностей и конституционных процедур, руководствуясь революционной целесообразностью.
Для придания своим действиям признаков законности революционеры приняли Постановление Верховной Рады от 24.02.2014 № 775-VII «О реагировании на факты нарушения судьями Конституционного Суда Украины присяги судьи».
Это малоизвестный нормативный акт, которым декларировалась неконституционность Решения КС № 20-рп/2010 о соблюдении процедуры внесения изменений в Конституцию. Напомним, тогда по представлению 252 нардепов была отменена так называемая реформа «Медведчука», которой третьего Президента Виктора Ющенко ограничили в полномочиях.
Постановлением № 775-VII кроме увольнений судей КС, обязали Генеральную прокуратуру открыть уголовное производство по факту принятия решения КС и привлечь всех виновных лиц к ответственности.
Подобными действиями парламентарии дали указание и, по сути, вторглись в полномочия прокуратуры. Конституционный Суд неоднократно указывал на недопустимость таких действий, однако нарушение Конституции вошло в традицию современного украинского парламентаризма.
Но правоохранители взяли под козырек и начали тщательно копать в направлении диспозиции статьи 109 (Действия, направленные на насильственное изменение или свержение конституционного строя или на захват государственной власти) Уголовного кодекса Украины. Исходили прокуроры из того, что захват власти состоялся в точно неустановленное время, но благодаря именно Решению КС. Последнее же имело целью захват власти Президентом, депутатами и представителями исполнительной власти. При этом предыдущие три представления в КС поданные нардепами разных политсил на ту же тему не оценивались как покушение на преступление.
Никого не смущало отсутствие насильственности, как обязательного признака объективной стороны состава, а также то, что изменение, свержение и захват власти фактически приписывались тем, кто ею и так обладал в полной мере.
Ревизия правовой определенности
Но главный абсурд ситуации заключается в том, что принятые Конституционным Судом решения являются обязательными, окончательными и не могут быть обжалованы. И по этому поводу есть однозначное мнение как Верховного (см. напр. решение от 14.08.2020 №640/8752/19), так и самого Конституционного (решение от 02.12.2019 в деле №1-182/2019(4165/19) судов.
Ведь одним из основных элементов верховенства права является принцип правовой определенности, который среди прочего предусматривает, что решение суда, которое вступило в законную силу, не может быть поставлено под сомнение. В основе принципа правовой определенности, как одного из основных элементов принципа верховенства права, лежит известное из римского права положение «res judicata», которое означает, что окончательное решение суда, вступившее
в силу, не может быть пересмотрено.
В решении КС от 11.03.2010 № 8-рп/2010 указано, что одним из фундаментальных аспектов верховенства права является принцип правовой определенности, который предполагает уважение к принципу «res judicata» - принципа окончательности решений суда.
Также принцип «res judicata» признан на международном уровне и закреплен, в том числе, в пункте 1 статьи 44 Конвенции о защите прав человека и основных свобод.
Поэтому, когда даже наши международные партнеры намекнули, что желание наказать судей КС за принятые решения на самом деле дурно пахнет, в ГПУ переключились на чиновников исполнительной власти, обязанных исполнять это решение, являющееся действительным и входящего в текст действующей сейчас Конституции.
Уголовный фантом
Но и здесь оказалось, что «белые нитки» плохо сшитого дела было некуда прятать. Ведь «преступное» решение КС вступило в силу с момента его провозглашения. И последующая его публикация в «Официальном вестнике Украины», а также занесение в реестр носили чисто техническую функцию.
Тем не менее, уголовное дело существует. Сегодня процессуальное руководство (а ранее - и расследование) осуществляет «революционный» департамент, который по логике должен был бы заниматься трагическими событиями 2014 года.
С другой стороны, уголовное дело можно оценивать как тотальный и преднамеренный служебный подлог, совершенный следователями и их процессуальными руководителями.
Ведь ситуация вокруг расследования захвата власти, где орудием преступления является решение Конституционного Суда, свидетельствует о том, что правоохранители, которые безусловно учили в свое время и Конституцию и законы Украины, умышленно вышли за пределы полномочий и своими решениями поставили под сомнение действующее и ныне решение КС, которое остается частью Конституции!
Логика следователей и прокуроров, вышедших за пределы своих полномочий и поставивших под сомнение действующее Решение КС свелась к тому, что Президент Украины, народные депутаты и судьи КС, будучи наивысшими представителями власти, согласно Конституции, захватили сами себя.
Резюмируя изложенное, можно сделать несколько неутешительных выводов:
Органы досудебного расследования поставили себя выше КС, ведь позволили себе пересматривать и давать оценку правосудности решения единственного в стране органа конституционной юрисдикции.
Руководствуясь политической целесообразностью и сползая в правовой нигилизм, прокурорские сатрапы в стране, победившей «Революции достоинства» отстаивают положения «конституционной реформы Медведчука».
Расследование захвата власти является юридической фикцией, отрицанием органами прокуратуры действующего в Украине правопорядка, не имеет ничего общего с требованиями уголовного процессуального закона и действующей Конституции.
Сам факт существования такого уголовного дела свидетельствует о полной утрате уважения к Конституционному Суду и фактическом неисполнении и непризнании прокуратурой Основного Закона как основы государственности.
И последнее: день какой Конституции мы отмечаем в эти дни: той, что была принята 28 июня 1996 года, или той, которую мы получили после двойного ее нарушения в 2004 и 2014 годах в редакции «реформы Медведчука»? Похоже, в сегодняшних реалиях более уместно говорить не о праздновании юбилея, а о тризне по Основному Закону.
https://zib.com.ua/