Закон визначає ліквідацію банку як обмежену в часі процедуру. Однак на практиці встановлені строки продовжуються настільки, що ліквідація розтягується на десятиліття. 
Антикорупційний контроль системи ТЦК крізь призму результатів перевірок та моніторингу НАЗК
З березня 2022-го по жовтень 2023-го антикорупційний контроль над декларантами ТЦК та СП був законодавчо заморожений. Після відновлення — 36 завершених перевірок, десятки виявлених порушень, задокументовані схеми на мільйони гривень. І жодного судового позову про цивільну конфіскацію за результатами повних перевірок. Ці дані вперше стали публічними завдяки запиту на доступ до публічної інформації.
Державний аудит покликаний виявляти порушення у сфері використання публічних ресурсів. Але якщо щоразу після цього аудиторські матеріали опиняються у слідчого й зникають із публічного доступу, постає питання: чи не стала таємниця досудового розслідування зручним прикриттям для непублічності самого державного контролю?
Десятирічний період системної бездіяльності та свідомого ігнорування імперативних вимог закону щодо щорічної незалежної оцінки ефективності АРМА завершився початком процедури, легітимність якої викликає обґрунтований скептицизм. Незалежну комісію сформовано, і вона (не без допомоги самої АРМА) розпочала аудит. Проаналізуємо очікувані показники та ймовірні правові наслідки аудиту.
Петром Порошенко не доказано, что судебное решение, принятое по результатам рассмотрения дела об отмене государственной регистрации Государственного бюро расследований, может повлиять на его права и обязанности.
На этом основании Окружной административный суд г. Киева отказал в удовлетворении заявленного ранее ходатайства о привлечении экс-президента в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора на стороне истца. Текст соответствующего определения от 02.06.2020 по делу № 640/4158/21 имеется в распоряжении издания «Закон и Бизнес».
Напомним, ранее адвокат Владимир Богатырь провел расследование, в ходе которого собрал доказательства того, что Государственное бюро расследований не находится по юридическому адресу, внесенному в Единый государственный реестр предприятий и организаций. А несоответствие адреса регистрации и его фактического нахождения влияет на определение подсудности дел при обжаловании решений сотрудников ГБР. И это, по мнению адвоката, создает широкое поле для злоупотреблений.
По этой причине адвокат подал в ОАСК иск, в котором требовал:
- отменить запись госрегистратора Печерской районной в городе Киеве государственной администрациӥ о регистрации сведений о местонахождении органа власти по адресу в Киеве по ул. Грушевского (из-за недостоверности данных, внесенных в Единый государственный реестр юридических лиц, физических лиц-предпринимателей и общественных формирований);
- отменить аналогичную запись регистратора Соломенской госадминистрации по изменению местонахождения ГБР по ул. П. Мирного;
- обязать правоохранительный орган
зарегистрироваться по фактическому адресу в Шевченковском районе столицы на ул. С. Петлюры.
Когда в этом деле свою помощь решил оказать пятый Президент Украины, адвокат заявил суду о возможности возникновения реального конфликта интересов между истцом и таким третьим лицом, ведь раньше юристы Порошенко инициировали в Подольском районном суде г. Киева производство против самого В.Богатыря, но дело тогда проиграли. Также представитель истца оценил ходатайство о привлечении П.Порошенко к участию в данном деле в качестве третьего лица как попытку манипулирования и злоупотребления процессуальными правами. Возможно потому, что правовая позиция по делу с истцом не согласовывалась.
Суд, изучив доводы, изложенные в ходатайстве, пришел к выводу о его необоснованности, поэтому и не увидел оснований для его удовлетворения.
https://zib.com.ua/ru/