Практика применения, снятия и изменения санкций в отношении отдельных лиц, компаний и целых государств достаточно распространена в политике ЕС и США. Одним из последних и наиболее знаковых примеров стал Иран. Не является исключением и Беларусь. Сегодня Минск занимает прагматичную позицию в отношениях с соседями и извлекает максимальную пользу как в политическом аспекте, предоставляя комфортную площадку для переговорного процесса, так и в экономическом — умело используя взаимное введение санкций всеми соседями.
Мы видим, что ни в Тегеране, ни в Минске не произошло резкой смены политического режима, однако обе столицы заняли прагматичную позицию, извлекая пользу из международного давления на Россию, в чьей политической орбите они находятся. Оба государства демонстрируют образцовый прагматизм своей внешней политики, оставляя изоляцию в прошлом и, следуя лучшим традициям английской дипломатии относительно отсутствия вечных союзников и постоянных врагов, защищая собственные интересы.
  Поскольку ограничительные меры, применяемые Европейским Союзом к Беларуси, не имели политического характера и вводились постепенно на протяжении достаточно долгого периода времени, то их снятие дает политический сигнал о готовности ЕС к взаимодействию и вряд ли носит определяющий экономический характер. Очевидно, что не произошло никакой смены ценностей или формы правления. Но политическая элита Беларуси адаптировалась к существующим санкциям, чего нельзя сказать о российском бизнесе, который в последние годы активно интегрировался в мировую экономику и стал избалованным дешевым и внешними заимствованиями.
  Как известно, в последнее время санкции применяются в отношении не только государств, но и отдельных компаний, чиновников, бизнесменов и их родственников. Исходя из практического успешного опыта оспаривани и санкций, вводимых ЕС, хочу отметить, что в соответствии со статьями 275 и 263 Договора о функционировании Европейского Союза санкционированные лица имеют право оспорить решение Совета ЕС в Европейском суде общей юрисдикции в течение двух месяцев и десяти дней с момента введения таких санкций, предоставив все доказательства, а само заявление должно быть подготовлено и передано непосредственно в Совет ЕС.
  Как правило, в обосновании жалобы лежат следующие доводы:
— нарушение презумпции невиновности, права на справедливое правосудие и права на защиту;
— превышение Советом EC своих полномочий;
— посягательство на право собственности;
— посягательство на право личной неприкосновенности и уважение к частной и семейной жизни, нарушение принципа недопущения дискриминации;
  Важно отметить, что основная масса успешных дел в европейских судах по оспариванию санкций велась на английском языке. Но, к сожалению, наши восточноевропейские коллеги начинают подобные процессы, используя национальные языки, что во много приводит к затягиванию обжалования.
  Как правило, судебный процесс занимает около полутора лет. В судебном процессе изучаются такие вопросы, как ущерб, произошедший в результате замораживания активов, отрицательное влияние санкций на семью заявителя, источники финансирования приобретения активов, которые были незаконно заморожены ЕС, и т.п.
  Хочу обратить внимание, что недавнее снятие санкций с таких безобидных активов, как пивоваренная компания «Раковский бровар» и футбольный клуб «Динамо», произошло в судебном порядке, так как Совет Европы не смог представить доказательства того, что влиятельный белорусский предприниматель финансово поддерживает власти в обмен на содействие бизнесу. Бизнесмен был членом президентского спортивного клуба, занимал пост председателя наблюдательного совета футбольного клуба «Динамо-Минск» и председателя Белорусской федерации борьбы, чего оказалось недостаточно для Суда ЕС.
  Последняя судебная практика по подобным искам о снятии санкций указывает нато, что Совет Европы, как и его политические партнеры, во многом руководствуется оценочными категориями вне правовых норм, а органы прокуратуры и внешне политические ведомства стран, ходатайствующих о введении санкционных мер в отношении бывших руководителей и других граждан, не могут обеспечить надлежащую доказательную базу.
  Практика предоставления привилегий при ведении бизнеса кумовьям, друзьям, сослуживцам типична как для постсоветского, так и для африканского, азиатского и южноамериканского регионов. Об этом свидетельствуют последние исследования Transparency International, согласно которым наша страна заняла«почетное» 130-е место наряду с Камеруном, Ираном, Непалом, Никарагуа и Парагваем.
  Говоря о санкциях, необходимо отметить, что для нас, юристов, это отличная почва для творчества и практической самореализации при представительстве интересов как внутренних, так и иностранных клиентов. Именно по этой причине в 2014-м и 2015 годах мне удалось зарегистрироваться в качестве иностранного адвоката в России и Польше. Перечень услуг был расширен правовой помощью в вопросах снятия санкций и ограничительных мер как в ЕС, таки в Соединенном Королевстве, вводимых Казначейством Ее Величества (HMTreasure), и удаления имени клиента из списка граждан особых категорий и запрещенных лиц (SDN List), который находится в ведении Управления по контролю за иностранными активами казначейства США (OFAC).
  Также мы допускаем оспаривание санкций, введенных Украиной. На данный момент украинское законодательство предусматривает возможность оспаривания нормативного документа органа власти, которым были введены санкции, в Высшем административном суде Украины (ВАСУ), а при неудовлетворении иска ВАСУ — в Верховном Суде Украины. В случае же невозможности получения позитивного результата в судебных инстанциях на Украине вполне вероятно рассмотрение данного вопроса в судах Европы.
БОГАТЫРЬ Владимир — управляющий партнер АО «Богатырь и Партнеры»,заслуженный юрист Украины, кандидат юридических наук, г. Киев